Чейз Джеймс Хэдли / А ведь жизнь так коротка

   Д.X. Чейз
    А ВЕДЬ ЖИЗНЬ ТАК КОРОТКА
  
  
    ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
    Глава I
  
    Толстуха принужденно улыбнулась, когда Гарри протянул  ей  свою  визитную
 карточку. Жаль, подумал он, что она так опустилась. Волосы  у  нее  были  не
 причесаны, шляпка старомодной, глаза усталые, с синяками под глазами, а лицо
 блестело, будто она только что отошла от раскаленной плиты. Но она, кажется,
 была польщена тем, что Гарри  сфотографировал  ее  и  внимательно  прочитала
 карточку, прежде чем засунуть ее в свою сумочку.
    - Подумать только, я вас не видела, - сказала она.  -  Какой  же  у  меня
 должен быть вид?
    -  Совсем  наоборот.  Каждый  выглядит  лучше,  если  его  сфотографируют
 неожиданно. Снимки будут готовы завтра  после  полудня.  Вы  не  обязаны  их
 покупать, но я надеюсь, что вы все-таки придете на них посмотреть.
    - Да, я приду. Даже наверняка. Ленкс-стрит, это рядом с Палас-театром, не
 так ли?
    - Совершенно верно. Первая улица налево по Компстонстрит.
    Она еще раз поблагодарила Гарри и улыбнулась ему. Что-то мелькнуло у  нее
 на лице от бывшей красоты и она удалилась, засовывая под  шляпу  непослушные
 пряди светлых волос.
    "Эта фотография последняя на сегодня", - подумал Гарри,  наматывая  конец
 пленки на бобину, которую вытащил из аппарата.
    Было холодно. Он проголодался. Четыре  часа  работать  стоя  не  страшно,
 когда солнечная погода и люди довольны, что  их  фотографируют.  Но  сегодня
 весь день висели тяжелые облака,  которые  не  смог  прогнать  даже  ледяной
 восточный ветер. Плотные толпы людей, проходящие по Рейнджерс-стрит, были не
 в настроении сниматься и не один прохожий отказывался от  карточки,  которую
 протягивал Гарри. Он сделал больше сотни фотографий  и  будет  хорошо,  если
 удастся продать хотя бы  четверть  из  них.  Он  засунул  аппарат  в  чехол,
 висевший на плече, и, как каждый день в одно и то же  время,  констатировал,
 что ему, по существу, нечего делать. Он мог вернуться в  свою  двухкомнатную
 меблированную квартиру на Ленокс-стрит или пойти  в  студию  послушать,  как
 Муни жалуется на плачевное состояние дел, или пойти почитать газету в кафе.
    Он остановился на кафе. Ему  нравились  кафе.  Он  любил  устраиваться  в
 уголке с кружкой пива, чтобы наблюдать  и  слушать  -  То,  что  можно  было
 услышать в кафе  Вест  Энда,  было  совершенно  невообразимо.  Иногда  Гарри
 удавалось  услышать  обрывки  совершенно  невероятных   разговоров.   И   он
 развлекался, угадывая, кто эти люди. Женат  ли  этот  мужчина,  живет  ли  в
 меблированной квартире или у  него  собственный  дом.  Достаточно  было  там
 посидеть какое-то  время,  внимательно  слушая  и  глядя  широко  раскрытыми
 глазами, чтобы многое узнать о соседях по  кафе.  А  Гарри  очень  нравилось
 узнавать, чем занимаются эти люди. Более того, у него не было больше  других
 развлечений. Зарабатывая шесть фунтов в неделю, из которых  два  нужно  было
 отдавать за квартиру и завтрак, не очень-то разгуляешься.
    Он остановился на перекрестке, пережидая красный свет.  Ничто  в  нем  не
 привлекало внимания. На нем был спортивный пиджак, потертые фланелевые брюки
 и рубашка цвета морской волны. Ему было  двадцать  шесть  лет.  И  если  его
 атлетическая фигура с широкими плечами  была  незаметна,  то  на  лице  явно
 выделялись серые приветливые глаза и  большой  рот  с  чувственными  губами.
 Светлокоричневые коротко подстриженные вьющиеся волосы. Лицо загорелое,  как
 у всякого человека, проводящего дни на свежем воздухе.
    Его можно было принять за студента. И люди, которых он фотографировал  на
 улицах, думали, как этот юноша мог опуститься до такой жизни.
    Вереница автомобилей остановилась, он пересек Ренджерсстрит  и  попал  на
 Глакхауз-стрит,  где  купил  вечерние  газеты.  Далее  он  пошел  медленнее,
 просматривая первую страницу газеты, не обращая внимания  на  "Угрозы  новой
 войны", так же как и на "углубление  социальных  конфликтов".  Его  внимание
 привлекла кража. Затем он принялся с увлечением читать отчет об  этом  деле,
 который занимал почти две страницы. Продолжая читать, он открыл  дверь  кафе
 на Бревер-стрит. Ему нравилось здесь. Атмосфера была приятной, хорошее пиво.
 По всей вероятности, лучшее в Лондоне.  Он  заказал  кружку  пива,  подтянул
 табурет и уселся, не прекращая чтения.
    Парнишка, наверняка, не выкрутится,  подумал  он.  Никакое  жюри  ему  не
 поверит, даже ребенок не поверит. Он прочитал отчет до конца и протянул руку
 к бокалу. Пиво приятно освежило горло. Он удовлетворенно вздохнул и  вытянул
 ноги. Бар был набит битком.  На  фоне  ровного  непрерывного  шума  голосов,
 выделялись звуки кассовых аппаратов, стук кружек по прилавку и шарканье  ног
 по полу.
    Гарри сложил свою газету, облокотился на стенку, опасно  наклонившись  на
 табурете, и принялся наблюдать за посетителями. Все те же лица. Трое  мужчин
 в черных шляпах и темных пальто пили виски и тихо разговаривали между собой.
 Каждый вечер в одно и  тоже  время  они  были  здесь.  Загадочная  компания.
 Никогда Гарри не удавалось услышать ни одного слова из их беседы.  И  он  не
 имел ни малейшего представления, кто они и чем занимаются.
    За соседним столом сидел мужчина с серым лицом  рядом  с  отвратительной,
 крикливо одетой женщиной, перед двумя стаканами бордо. О них  Гарри  кое-что
 знал.   Они   управляли   зданием,   в   котором   находились   конторы   на
 Рейнджерс-стрит. И женщина пыталась все время поднять моральный дух мужчины,
 который страдал от язвы и, кажется, нуждался в  серьезном  лечении.  Пожилая
 пара в детской манере обсуждала свои дела. Мощный тип  надоедал  двум  своим
 компаньонам политическими разговорами. Юная пара пила коктейли,  не  обращая
 внимания на то, что происходит вокруг. Она, некрасивая и плоская, с  суровым
 видом сжимала руку своего друга,  не  говоря  ни  слова.  Тот,  жестикулируя
 свободной рукой, что-то тихо говорил, пытаясь, повидимому, в чем-то  убедить
 ее.